— Как это понимать? Заставить художника думать и писать иначе, чем до сих пор? Да возможно ли это? К тому же разве не называем мы имена писателей среди тех, кто своими мыслями и делами готовил перестройку? Требовать от них, чтобы они изменили свои взгляды теперь? Несерьезно, даже преступно. Уговаривать быстрее писать? Смешно. Объясните, как вы, писатель, понимаете перестройку в литературе?

— Под перестройкой я подразумеваю интенсификацию наших усилий, направленных на раскрытие сегодняшних проблем нашего общества и мира в целом, интенсификацию действий, которые служат обогащению духа людей. Наши слова, наши художественные образы должны воспитывать в человеке смелый разум, патриотические убеждения, яркие чувства. Ускорение научно-технического прогресс;!, который должен вывести наше общество на новый уровень развития, невозможно без интенсификации внутренней жизни человека.

Доказано не только философами, самой жизнью: сытый, но недалекий, равнодушный, самодовольный человек чрезвычайно опасен. Вспомним, фашизм начинался с разрушения нравственности, с воспитания людей, не способных мыслить.

А я помню другое: создавая социалистическое общество, мы никогда не снимали с себя ответственности за духовное богатство его граждан. Наша революция начиналась с того, что мы учили человека грамоте. Арманд Хаммер, этот старейший американский промышленник, который видел наши первые шаги, вспоминает, например, как он, по совету Владимира Ильича Ленина, строил в молодой, голодной, холодной Республике Советов... Что бы вы думали? Карандашную фабрику.

У нас первое в мире общество, которое начало свое развитие с того, что дало людям в руки карандаш. Мы начали с грамоты, потому что социалистическое общество может быть только обществом грамотных, культурных людей, сознательно берущих на себя ответственность за будущее своего общества. А для этого необходимы не только высокие профессиональные знания. Прогресс в экономике, в общественной жизни должен опираться на высокую культуру личностей. Это подчеркивает Михаил Сергеевич Горбачев, когда говорит о человеке как о решающем факторе перестройки. И здесь многое можем сделать мы, писатели, от нас во многом зависит, насколько умного, доброго, трудолюбивого, талантливого человека воспитает перестройка. Мы должны настоять на авторитете духовности нашего общества, не допустить его размывания.